Джим Джармуш относится к категории режиссеров, считающихся «культовыми», «авангардными», «прогрессивными» и тому подобное. Широкую славу режиссер обрел благодаря фильмам «Мертвец», «Пес-призрак», «Кофе и Сигареты» и «Сломанные цветы». Именно они инициировали масштабные обсуждения творчества и выдвижение большого числа гипотез о методе Джармуша.  Несмотря на некоторую «сонливость», ни разу, ни в одном материале режиссер не был назван скучным или неинтересным и это наводит на некоторые размышления.

Если отбросить сюжетные перипетии того или иного фильма, при анализе творчества Джармуша (не ограниченного указанными выше фильмами), становится очевидно, что он снимает кино о неудачниках. Все, абсолютно все главные (и почти все второстепенные) герои полные неудачники. Уильям Блейк (сыгранный Джонни Деппом в «Мертвеце») хотел найти достойную работу и новую жизнь, а попал в кошмарную сюрреальность, в которой умирающему даже не пытаются оказать медицинскую помощь. В «Ночи на Земле» итальянский таксист хочет исповедаться, но вместо отпущения наживает ещё один смертный грех за непредумышленное убийство священника, парижский таксист-африканец сначала терпит унижения, а потом попадает в аварию, горячие финские парни соревнуются -- у кого больше проблем. В «Кофе и Сигаретах» в каждом эпизоде кто-то остается в дураках. В «Таинственном поезде» японских поклонников Элвиса настигает разочарование, итальянку обманывают на каждом ходу (у неё ещё гроб с мужем в камере хранения аэропорта), а неведомо как попавший сюда англичанин и парочка местных «везунчиков» на ровном месте превращаются в криминальную группу. Во «Вне Закона» трем героям, ни за что попавшим в тюрьму, хоть и удается бежать, но статьи с них никто не снимал и привычный образ жизни утрачен навсегда. В «Песе-призраке»... ну что это за жизнь, в самом деле, на крыше с голубями, которых к тому же убивают (правда месть настигает злодеев, но голубей то не вернешь). В «Сломанных Цветах» герой Билла Мюррея олицетворяет карикатуру на донжуанство и так и не находит сына. И так далее в том же духе, словом, сплошной парад неудачников. При этом Джармуш настолько пристально вглядывается в феномен неудачливости, настолько детально хочет в нем разобраться, что многие фильмы с трудом удается посмотреть за один раз -- неуклонимо тянет в сон. Откровенно говоря, многие фильмы Джармуша затянуты и нудноваты (при этом каждый из них содержит эталонные «крылатые» сцены и диалоги). Остается послевкусие, как будто режиссер, как психоаналитик, пытается поставить диагноз себе, изучая симптомы на примере своих киногероев.

Определяя неудачников, как отдельный подвид, достойный кинематографического описания, Джармуш выводит известные формулы -- лучшие свои силы люди тратят на решение проблем созданных ими самими же и в жизни большинства людей поражений гораздо больше, чем побед. Безысходность положения режиссер компенсирует жизнью -- каждый герой находит или пытается найти что-то положительное  в сложившейся ситуации. Увлечение восточными учениями позволяет Джармушу довольно убедительно демонстрировать относительность понятий успеха и гармоничной жизни, и их взаимосвязь. В противовес мейнстриму, Джармуш вырисовывает свой особый хеппи-енд, без радостных улыбок и аплодисментов, но с твердой уверенностью, что жизнь продолжается. И она по-своему прекрасна.