Семейный портрет в интерьере
"Семейный портрет в интерьере" Висконти
Лукино Висконти, аристократ и эстет, любил запечатлевать быт и духовные поиски высших слоёв общества. Не стала исключением и картина «Семейный портрет в интерьере», которую режиссёр снял в 1974 году, сидя уже в инвалидной коляске, за два года до собственной смерти.
1974 год
Оригинальное название: Gruppo di famiglia in un interno
Режиссер Лукино Висконти
В ролях: Берт Ланкастер, Сильвана Мангано, Хельмут Бергер, Клаудия Кардинале
Пожилой профессор живёт в центре Рима, в шикарной квартире. На дворе 70-ые годы, но профессора с ними отделяют высокие двери и непримиримость во взглядах на жизнь. Впрочем, он, похоже, этого и не замечает, живя в обществе картин, статуэток, старинных вещей, диванов и кресел, книг и мыслей об искусстве. Стены квартиры позволяют ему создать собственный мир, наполненный мёртвым голосом былых веков. И хотя Рим всё же подглядывает в окна профессора, он воспринимается не иначе, как очередное произведение искусства: слишком красив, слишком безупречен, слишком мёртв в своём совершенстве.
Освободив себя от необходимости в чужих лицах, словах, душевных излияниях и историях, профессор достигает той внутренней свободы от влияния живого мира (будничной мишуры, споров, страстей, предательств), которая исходит от самого искусства. «Когда живёшь среди людей, - говорит герой, - приходится заботиться о людях, а не об их творениях». Но стены созерцательного одиночества оказываются не такими уж и нерушимыми: после недолгих сопротивлений они поддаются бурному натиску семейства красавицы Бьянки (Сильвана Мангано). Она уговаривает профессора сдать верхнюю квартиру, где поселяются её любовник, дочь и её ухажёр.
С чужими людьми в дом профессора вторгается чужой мир, мир живых людей, мир, к которому профессор не питает ни капли интереса. Он лишь раздражает и отвлекает. Тем не менее, профессор с удивительной покорностью позволяет менять интерьер квартиры, словно ощущая неизбежность изменений: дом, как и общество, требует омоложения, ради которого отжившая своё мебель должна отправиться на свалку. Старое выпадает в осадок, уступая, пусть и нехотя, место новому, ломающему перегородки, стены, устои, понятия о морали и представления о жизни... И эта разрушительная сила новой жизни, какой бы чуждой она ни была поначалу, постепенно притягивает профессора. Он, давно решивший подарить всё своё время изучению искусства, вдруг начинает видеть не человечество, но конкретных людей и сопереживать.
По словам Ж. Делёза, одна из основных идей фильмов Висконти заключается в том, что спасение его героев происходит слишком поздно. Запоздавшее прозрение настигает и профессора в «Семейном портрете...»: герой выбирается из клетки одиночества именно тогда, когда над его головой уже раздаются таинственные шаги такой предсказуемой смерти. Живя искусством, люди всё же погибают от людей.
Оригинальное название: Gruppo di famiglia in un interno
Режиссер Лукино Висконти
В ролях: Берт Ланкастер, Сильвана Мангано, Хельмут Бергер, Клаудия Кардинале
Пожилой профессор живёт в центре Рима, в шикарной квартире. На дворе 70-ые годы, но профессора с ними отделяют высокие двери и непримиримость во взглядах на жизнь. Впрочем, он, похоже, этого и не замечает, живя в обществе картин, статуэток, старинных вещей, диванов и кресел, книг и мыслей об искусстве. Стены квартиры позволяют ему создать собственный мир, наполненный мёртвым голосом былых веков. И хотя Рим всё же подглядывает в окна профессора, он воспринимается не иначе, как очередное произведение искусства: слишком красив, слишком безупречен, слишком мёртв в своём совершенстве.
Освободив себя от необходимости в чужих лицах, словах, душевных излияниях и историях, профессор достигает той внутренней свободы от влияния живого мира (будничной мишуры, споров, страстей, предательств), которая исходит от самого искусства. «Когда живёшь среди людей, - говорит герой, - приходится заботиться о людях, а не об их творениях». Но стены созерцательного одиночества оказываются не такими уж и нерушимыми: после недолгих сопротивлений они поддаются бурному натиску семейства красавицы Бьянки (Сильвана Мангано). Она уговаривает профессора сдать верхнюю квартиру, где поселяются её любовник, дочь и её ухажёр.
С чужими людьми в дом профессора вторгается чужой мир, мир живых людей, мир, к которому профессор не питает ни капли интереса. Он лишь раздражает и отвлекает. Тем не менее, профессор с удивительной покорностью позволяет менять интерьер квартиры, словно ощущая неизбежность изменений: дом, как и общество, требует омоложения, ради которого отжившая своё мебель должна отправиться на свалку. Старое выпадает в осадок, уступая, пусть и нехотя, место новому, ломающему перегородки, стены, устои, понятия о морали и представления о жизни... И эта разрушительная сила новой жизни, какой бы чуждой она ни была поначалу, постепенно притягивает профессора. Он, давно решивший подарить всё своё время изучению искусства, вдруг начинает видеть не человечество, но конкретных людей и сопереживать.
Особо близким герою Висконти оказывается альфонс Конрад. Разглядев за внешним нахальством и самолюбованием юного красавца духовное родство, профессор незаметно привязывается к этому бунтарю. Но в отличие от своего отца по духу Конрад вынужден бороться за право жить в роскоши. И в этой слепой борьбе он топчет всё, на что наталкивает его жизнь: женщин, знакомых, лживое общество, себя самого. Запутавшись в своих метаниях и поисках, Конрад понимает, что сам стал частью столь презираемого им «кукольного дома», вырваться из которого он решает через единственную дверь: смерть. Расправляясь с собственной жизнью, он одновременно лишает сил и смысла в дальнейшем существовании профессора.
По словам Ж. Делёза, одна из основных идей фильмов Висконти заключается в том, что спасение его героев происходит слишком поздно. Запоздавшее прозрение настигает и профессора в «Семейном портрете...»: герой выбирается из клетки одиночества именно тогда, когда над его головой уже раздаются таинственные шаги такой предсказуемой смерти. Живя искусством, люди всё же погибают от людей.
Оставить комментарий: