"Яркая звезда" Джейн Кэмпион
Услышав о новом фильме про любовь известного поэта-романтика, умершего в юном возрасте, сложно сдержать скептическую улыбку. Романтические чувства, поэзия, трагическая смерть -- полный набор ингредиентов для создания «масла масляного». Но Джейн Кэмпион сняла настолько тонкую, настолько нежно-красивую картину, что опасаться переизбытка восторженных эпитетов стоит уже тем, кто будет смотреть этот фильм, но никак не самой Кэмпион, рассказавшей историю не с пафосно-надрывной, а с вкрадчиво-тихой интонацией.
2009 год
Режиссер Джейн Кэмпион
В ролях: Бен Вишо, Эбби Корниш, Керри Фокс и другие
Лондон. 1818 год. Любительница оборок и стежек Фанни Брон (Эбби Корниш) знакомится с молодым человеком Джоном Китсом (Бен Вишо), который вместе со своим другом Чарльзом Брауном проводит целые дни в ожидании вдохновения. Джон - поэт. Правда, его стихи не ценят ни критики, ни публика, что не мешает Китсу быть целиком преданным искусству. Фанни, которую, по ее же словам, волнует исключительно мода, неожиданно изъявляет желание научиться понимать поэзию и просит Китса давать ей уроки. Постепенно разрастающееся чувство между двумя людьми омрачается «земными» проблемами. На любовь нужно иметь право, и этого права у Китса, прозябающего без собственного жилья и доходов, нет. К тому же друг Китса постоянно пытается напомнить юному влюбленному о разнице между высоким искусством, которому они пообещали посвятить свою жизнь, и любовью к реальной женщине, трепетная привязанность к которой может навсегда лишить его свободы, а вместе с ней - таланта. Но разлучает Фанни и Китса совсем другая причина, с которой, в отличие от социальных условностей и поэтического аскетизма, не поспоришь: смерть. Фанни Брон, появившаяся в первых кадрах фильма в белом платье, надевает на себя черный наряд и уходит в заснеженный лес, читая стихотворение умершего возлюбленного «Яркая звезда», которое и подарило фильму свое название.
Звезда! Как ты, хочу не измениться;
Но не в полночной славе с вышины
Следить, раскрывши вечные ресницы,
Один среди священной тишины,
Как воды совершают омовенье
Краев земли людей, как чист простор,
Как юный снег под белым облаченьем
Скрывает лик равнин, болот и гор, -
Нет; но как ты, бессменно, терпеливо
Очей в волненье сладком не сомкнуть
И сон любимой охранять, как диво,
Припав лицом на зреющую грудь,
Все слушая приливы и отливы...
Так вечно жить - или навек уснуть.
Вопреки часто встречающемуся описанию двухчасовой фильм рассказывает не о последних годах жизни Джона Китса, а о любви Китса и Фанни Брон. Это уточнение существенно для понимания картины. Кэмпион, прячась за маской объективного рассказчика (то есть полностью избегая внутренних монологов и рефлексий), на самом деле показывает всю историю глазами Фанни Брон. И именно глазами этой юной девушки мы смотрим на Китса, именно ее взгляду мы доверяем, потому что это взгляд любви и истины, о чем писал сам поэт в одном из писем: «Моя любовь крепнет от уверенности, что Вы любите меня таким, какой я есть».
Смещения акцента на Фанни Брон не вызывает удивления, поскольку в «Яркой звезде» Джейн Кэмпион просто остается верна своим традициям. Во всех предыдущих фильмах новозеландский режиссер, известная российским зрителям в основном по оскороносному «Пианино», уделяла особое внимание именно женским образам и свойственным им страстям, за что порой получала упреки то в феминизме, то в женском мазохизме. Например, объясняя провал картины «Портрет леди» по одноименному тексту Генри Джеймса, многие издания писали в том числе об искажении задумки классика английской литературы, чья главная героиня (в фильме ее играет Николь Кидман) гораздо слабее и нерешительнее, чем ее представила Кэмпион.
В отличие от «Портрета леди», байопик «Яркая звезда» не злоупотребляет погружением в женскую психологию. К созданию этого фильма Кэмпион подтолкнули написанная Эндрю Моушном биография Джона Китса, стихи самого Китса и его письма, в которых, по словам Томаса Элиота, Китс был даже более велик, чем в поэзии. Но весь этот обширный материал не стал клеткой, за пределы которой не смогла бы выбраться режиссерская фантазия. В «Яркой звезде» границы между реальной биографией и художественным видением самой Джейн Кэмпион размыты. Благодаря свойственному ей чувству меры и вкуса Кэмпион удерживается от переборов в своих выдумках, даже когда снимает эпизод с разноцветными бабочками, порхающими по всей комнате Фанни и садящимися ей на ладони. Зацепившись за фразу из письма Джона Китса «Жаль, что мы не бабочки, которые живут всего три летних дня», Кэмпион вместе с Фанни Брон превратили поэтическую метафору в реальность, вдохнув в написанное слово жизнь.
Такая удивительная гармония создана не только между выдумкой и биографическими фактами. Все элементы фильма существуют в согласии друг с другом: любовь к природе и любовь к женщине, чувства и строфы об этих чувствах, жизнь и поэзия, свет, идущий от самих героев и спускающийся на них сверху. В каждой детали виднеется отражение целого. Узоры тканей сменяются переплетением тонких веток деревьев, поля с цветами - ленточками на платье, развивающиеся на ветру прозрачные занавески - падающим снегом. Натянутая на режиссерские пяльцы канва вышивается нежными оттенками розового, серого и голубого, строчками из писем возлюбленных, рифмами Китса... При всем этом Кэмпион находит способ, как избежать сентиментальности. В ее повествовании пропуски имеют такое же значение, как и высказывания. Благодаря частым эллипсисам (молчание в кадре, выскальзывание событий и периодов, остановка камеры) история Джона и Фанни рассказывается деликатным и ненапыщенным слогом. От длящейся всего несколько секунд сцены расставания мурашки бегут больше, чем от затянутых трагических моментов во многих мелодрамах. Последняя ночь Фанни и Джона, когда они нашептывают друг другу мечты о воображаемом будущем, в которое оба уже с трудом верят, выглядит гораздо интимнее, чем откровенные постельные сцены. А короткий эпизод, во время которого Фанни узнает о смерти Китса, сыгран настолько натуралистично, что зритель остается в совершенном остолбенении вплоть до финальной сцены, потрясающей то ли своей красотой, то ли безумием...
Поэзия Джона Китса была проникнута культом прекрасного и ощущением увядающей жизни. Зная о приближающейся смерти, он воспевал вечную красоту, которая не заканчивается с земным существованием человека. Не бросающаяся в глаза кольцевая композиция фильма, возможно, выражает именно эту идею: «Яркая звезда» начинается с закадрового чириканья птиц и завершается закадровым чтением «Оды к соловью». Пение живых птиц застывает в словах, которые дарят им бессмертие. Точно так же, как поэтическое наследие Китса обессмертило самого автора, признанного одним из самых великих английских поэтов эпохи романтизма уже после своей кончины.
Несмотря на трагичность истории, фильм «Яркая звезда» - это ода жизни и любви. Чистые лица, чистые чувства, невинность, трогательность - все то, о чем говорить стало в принципе моветоном. Но когда Джон Китс произносит: «Сердечные чувства - это святое», не возникает никакого желания пытаться вступить с ним в спор. Видимо, это действительно так.
Режиссер Джейн Кэмпион
В ролях: Бен Вишо, Эбби Корниш, Керри Фокс и другие
Лондон. 1818 год. Любительница оборок и стежек Фанни Брон (Эбби Корниш) знакомится с молодым человеком Джоном Китсом (Бен Вишо), который вместе со своим другом Чарльзом Брауном проводит целые дни в ожидании вдохновения. Джон - поэт. Правда, его стихи не ценят ни критики, ни публика, что не мешает Китсу быть целиком преданным искусству. Фанни, которую, по ее же словам, волнует исключительно мода, неожиданно изъявляет желание научиться понимать поэзию и просит Китса давать ей уроки. Постепенно разрастающееся чувство между двумя людьми омрачается «земными» проблемами. На любовь нужно иметь право, и этого права у Китса, прозябающего без собственного жилья и доходов, нет. К тому же друг Китса постоянно пытается напомнить юному влюбленному о разнице между высоким искусством, которому они пообещали посвятить свою жизнь, и любовью к реальной женщине, трепетная привязанность к которой может навсегда лишить его свободы, а вместе с ней - таланта. Но разлучает Фанни и Китса совсем другая причина, с которой, в отличие от социальных условностей и поэтического аскетизма, не поспоришь: смерть. Фанни Брон, появившаяся в первых кадрах фильма в белом платье, надевает на себя черный наряд и уходит в заснеженный лес, читая стихотворение умершего возлюбленного «Яркая звезда», которое и подарило фильму свое название.
Звезда! Как ты, хочу не измениться;
Но не в полночной славе с вышины
Следить, раскрывши вечные ресницы,
Один среди священной тишины,
Как воды совершают омовенье
Краев земли людей, как чист простор,
Как юный снег под белым облаченьем
Скрывает лик равнин, болот и гор, -
Нет; но как ты, бессменно, терпеливо
Очей в волненье сладком не сомкнуть
И сон любимой охранять, как диво,
Припав лицом на зреющую грудь,
Все слушая приливы и отливы...
Так вечно жить - или навек уснуть.
Вопреки часто встречающемуся описанию двухчасовой фильм рассказывает не о последних годах жизни Джона Китса, а о любви Китса и Фанни Брон. Это уточнение существенно для понимания картины. Кэмпион, прячась за маской объективного рассказчика (то есть полностью избегая внутренних монологов и рефлексий), на самом деле показывает всю историю глазами Фанни Брон. И именно глазами этой юной девушки мы смотрим на Китса, именно ее взгляду мы доверяем, потому что это взгляд любви и истины, о чем писал сам поэт в одном из писем: «Моя любовь крепнет от уверенности, что Вы любите меня таким, какой я есть».
Смещения акцента на Фанни Брон не вызывает удивления, поскольку в «Яркой звезде» Джейн Кэмпион просто остается верна своим традициям. Во всех предыдущих фильмах новозеландский режиссер, известная российским зрителям в основном по оскороносному «Пианино», уделяла особое внимание именно женским образам и свойственным им страстям, за что порой получала упреки то в феминизме, то в женском мазохизме. Например, объясняя провал картины «Портрет леди» по одноименному тексту Генри Джеймса, многие издания писали в том числе об искажении задумки классика английской литературы, чья главная героиня (в фильме ее играет Николь Кидман) гораздо слабее и нерешительнее, чем ее представила Кэмпион.
В отличие от «Портрета леди», байопик «Яркая звезда» не злоупотребляет погружением в женскую психологию. К созданию этого фильма Кэмпион подтолкнули написанная Эндрю Моушном биография Джона Китса, стихи самого Китса и его письма, в которых, по словам Томаса Элиота, Китс был даже более велик, чем в поэзии. Но весь этот обширный материал не стал клеткой, за пределы которой не смогла бы выбраться режиссерская фантазия. В «Яркой звезде» границы между реальной биографией и художественным видением самой Джейн Кэмпион размыты. Благодаря свойственному ей чувству меры и вкуса Кэмпион удерживается от переборов в своих выдумках, даже когда снимает эпизод с разноцветными бабочками, порхающими по всей комнате Фанни и садящимися ей на ладони. Зацепившись за фразу из письма Джона Китса «Жаль, что мы не бабочки, которые живут всего три летних дня», Кэмпион вместе с Фанни Брон превратили поэтическую метафору в реальность, вдохнув в написанное слово жизнь.
Такая удивительная гармония создана не только между выдумкой и биографическими фактами. Все элементы фильма существуют в согласии друг с другом: любовь к природе и любовь к женщине, чувства и строфы об этих чувствах, жизнь и поэзия, свет, идущий от самих героев и спускающийся на них сверху. В каждой детали виднеется отражение целого. Узоры тканей сменяются переплетением тонких веток деревьев, поля с цветами - ленточками на платье, развивающиеся на ветру прозрачные занавески - падающим снегом. Натянутая на режиссерские пяльцы канва вышивается нежными оттенками розового, серого и голубого, строчками из писем возлюбленных, рифмами Китса... При всем этом Кэмпион находит способ, как избежать сентиментальности. В ее повествовании пропуски имеют такое же значение, как и высказывания. Благодаря частым эллипсисам (молчание в кадре, выскальзывание событий и периодов, остановка камеры) история Джона и Фанни рассказывается деликатным и ненапыщенным слогом. От длящейся всего несколько секунд сцены расставания мурашки бегут больше, чем от затянутых трагических моментов во многих мелодрамах. Последняя ночь Фанни и Джона, когда они нашептывают друг другу мечты о воображаемом будущем, в которое оба уже с трудом верят, выглядит гораздо интимнее, чем откровенные постельные сцены. А короткий эпизод, во время которого Фанни узнает о смерти Китса, сыгран настолько натуралистично, что зритель остается в совершенном остолбенении вплоть до финальной сцены, потрясающей то ли своей красотой, то ли безумием...
Поэзия Джона Китса была проникнута культом прекрасного и ощущением увядающей жизни. Зная о приближающейся смерти, он воспевал вечную красоту, которая не заканчивается с земным существованием человека. Не бросающаяся в глаза кольцевая композиция фильма, возможно, выражает именно эту идею: «Яркая звезда» начинается с закадрового чириканья птиц и завершается закадровым чтением «Оды к соловью». Пение живых птиц застывает в словах, которые дарят им бессмертие. Точно так же, как поэтическое наследие Китса обессмертило самого автора, признанного одним из самых великих английских поэтов эпохи романтизма уже после своей кончины.
Несмотря на трагичность истории, фильм «Яркая звезда» - это ода жизни и любви. Чистые лица, чистые чувства, невинность, трогательность - все то, о чем говорить стало в принципе моветоном. Но когда Джон Китс произносит: «Сердечные чувства - это святое», не возникает никакого желания пытаться вступить с ним в спор. Видимо, это действительно так.
Оставить комментарий: